Под пристальным взглядом гостя Абу старательно перебрал солидную пачку денег, выделил обещанную сумму, но не дал ее в руки гостя, а положил на стоящий в отдалении столик.

Деньги притягивали, заставляли Айрюса тянуться к ним, но Джавад повторно бросил:

— Покажи в работе. Я тебя обманывал? Нет? Все получишь, как договаривались.

Пришлось гостю встать и направиться к контейнеру.

Извлеченный визор оказался сравнительно небольшим. Несколько кнопок и погашенные лампочки индикаторов на поблескивающем корпусе подчеркивали его совершенство. Помощники Джавада невольно подтянулись поближе к аппарату, разглядывая никогда не виданное чудо. Сам хозяин тоже не утерпел, встал рядом. Даже взгляд его вроде бы потеплел. Или только так казалось?

Айрюс торжественно надавил на одну из кнопок и пояснил:

— Вот так визор включается.

В подтверждение его слов одна из лампочек загорелась красным светом.

Джавад с помощниками молча ждали продолжения.

Гость надавил другую кнопку, но на этот раз ничего не последовало. С выражением невольной досады на лице Айрюс торопливо подкрутил один верньер, другой… Никакого результата.

— Работал, клянусь, работал, — торопливо проговорил Айрюс в ответ на невысказанный вопрос.

— Мне сломанные вещи не нужны, — сообщил Джавад.

— Он не сломанный, — Айрюс сам явно ничего не понимал.

Он никогда особо не отличался умом и теперь лихорадочно пытался понять, в чем дело?

— Тогда, где картинка? — в присутствии главаря остальные молчали, и потому говорил только Джавад.

— Не знаю, — признался Айрюс. — Но должна быть, должна!

— Должна, — согласно кивнул хозяин. — Только, нет. Понимаешь, я очень не люблю обманщиков. Очень.

Гость поневоле вспомнил, что говорил хозяин о судьбе тех, кто пытался его обмануть хотя бы в мелочах. Судьба была жалкой и страшной настолько, что хмель моментально выветрился из головы контрабандиста.

— Я сейчас, сейчас… — забормотал он, повторно занимаясь нажимом кнопок и кручением верньеров.

Визор ответил на все человеческие попытки презрительным молчанием. В досаде Айрюс ударил агрегат ладонью, а потом несколько раз встряхнул так, что единственная горевшая лампочка мигнула. Но никакой иной реакции не последовало.

Так продолжалось достаточно долго, пока наконец Айрюс не выдохнул в отчаянии:

— Может, какая авария в центре?

— Может, — согласился Джавад и добавил под понимающие ухмылки помощников. — Или катастрофа.

— Да, — машинально кивнул гость, но тут до него дошел смысл сказанного.

— Я же говорил: не люблю обманщиков, — произнес Джавад.

Отгадка, казалось, вертелась на языке, но под пристальным взглядом Джавада никак не желала облечься в слова.

— Абу! Займись гостем.

Тяжелая рука легла Айрюсу на плечо.

— Нет! — крик вырвался из глотки сам собой. Крик-протест против того, что предстояло.

Только никому не было дела до протестов гостя.

Кого интересует мнение покойника?

— Ты, Егор? — дежуривший Миронов повернулся на слабый звук шагов.

— Я, — ответил из темноты голос Крюкова.

— Дык рановато еще. До смены время есть.

Шел четвертый день, вернее — ночь пути. Места были безлюдными и безжизненными — даже животных почти не попадалось, за исключением каких-то ящерок и насекомых, но все равно в экспедиции принимали все меры предосторожности, и даже на посту стояли ночью по двое. На одном конце лагеря — кто-то из казаков, на другом — из офицеров и разделивший с ними тяготы батюшка.

— Все едино встал по нужде, так чего тут ложиться? Осталось всего чуть. Спокойно?

— Конечно, — хмыкнул Миронов. — Да кто тут нападет?

— Ладно хвастать, Аника-воин! Если понадобится, так местных наверняка найдутся такие тьмы — шапками закидают. Или, что тут у них? — правда, никакого страха Крюков не испытывал. Лишь сообщал факт.

— Ерунда. До сих пор обходились без потасовок. Вот возвернуться будет сложновато, — довольно равнодушно отозвался Миронов. — Как вспомню, скель там гадов было…

Но зачем забивать себе голову завтрашними проблемами?

— А ты хочешь, Козьма? — спросил Крюков.

— Нет покеда, — казак для убедительности помотал головой. — Вдруг найдем что ценное? Я своей бабе привести подарки обещал, мало ли что сгодится по хозяйству? Да и рановато еще. Задание не выполнено. А ты что, хочешь, Егор?

— Чего мне хотеть? Здесь хоть служба интересная. Новые места, опять же случаи разные. Чем на одном месте торчать…

Позавчера именно Крюкову удалось подстрелить горного барана, и теперь экспедиция на какой-то срок была обеспечена мясом. Да и участки травы, пусть не слишком большие, попадались два раза, и удалось сберечь немного корма для коней. Оставшегося должно было хватить на пару дней, а там неужели не попадется пригодный для растительности кусочек почвы?

Крюкова и раньше тянуло на всевозможные мероприятия, а уж что может быть более интересного, чем дальняя экспедиция? Всякие поблажки, опять-таки случаи в пути…

— Жаль, что остальных мы не встретим, — после паузы рассудительно добавил он. — Вместях веселее.

— Знамо дело. Токмо, почему не встретим? Лоскутов — офицер правильный. Найдет нас как-нибудь.

— Да как? Сам подумай — откель ему знать, что мы пошли по этой тропе? — возразил Крюков. Потом подумал и добавил: — Да и вообще, говорили ведь — ущелье словно срослось. Нет по нему прохода.

— Появится, — беспечно отозвался Миронов.

Он твердо знал, что должен вернуться, и потому проход просто обязан был появиться в соответствующую минуту, когда они, груженные ценными вещами, отправятся в обратный путь и подойдут к знакомому ущелью.

Так что, если Миронов о чем-либо сожалел, так это об отсутствии достойной добычи. Его нынешний собеседник тоже не переживал. Мало ли что случается в дальней дороге?

— Тут все иначе, — перевел разговор Крюков в иное русло. — И воздух, и даже звезды.

В небесной хмари впервые за все дни стали появляться просветы, и в открывающихся участках порою виднелись далекие светила. Их узор ничем не напоминал привычный, но, может, так и должно быть? Кто знает, раз сюда еще никто не забирался?

В темноте кивнул, соглашаясь, Миронов. Но пейзажи интересовали Козьму исключительно с практической точки зрения.

— Как думаешь, Егор, тут богатые земли имеются?

— Понятия не имею, — признался Крюков. — Сам видел — сколько шли, кругом сплошная беднота. Редко кто зажиточен. Да и откуда, ежели здесь даже не растет толком ничего? Но, могет быть, за горами есть и богатые края.

— Эх, хорошо бы! — мечтательно протянул Миронов.

Егор прекрасно понял казака, но поддерживать тему не стал. Последнее это дело — делить шкуру неубитого медведя.

— Иди-ка лучше спать, Козьма! Все едино я тут. Подежурю.

— Лады, — предложение было не из тех, от которых отказываются в походе. Это профессор со студентом спят без задних ног, и никакие дежурства их не касаются. А ты отдай третью часть ночи, хотя потом ждет трудная дорога.

Миронов ушел. Оставшийся казак запахнулся в шинель, посмотрел в сторону едва различимой тропы, а затем перевел взгляд на небо.

Просветы вновь затягивались, в еще имевшихся маячили какие-то ни на что непохожие созвездия. Но Крюков бы охотно поменял все знакомые и незнакомые звезды на одну-единственную луну. Только ночная гостья, похоже, находилась на другом участке неба.

Жаль. Дело к полнолунию. Хоть видно бы было подальше…