Так, значит, вот здесь их обстреляли. Ага, примерно представляю, где это. Там еще, насколько помню, городишко небольшой в наше время вроде был. Там сейчас, значит, поселок. Вообще отлично… и МТС там же расположена! Тыловики? А почему тыловики? Понятно, вполне резонно. Может быть, и тыловики, раз стреляли не очень, да и преследовать не стали.
— Го… гм… гм… Товарищи, а почему бы нам не пощупать этих «тыловиков»? Сил у нас, конечно, немного, зато танк, а там вы вроде бы ничего противотанкового не заметили. Да и дорога мимо не пройдет, это Юрий справедливо заметил. Пешком-то вы по обходной дороге пройдете, но танк, раз там местность заболоченная, скорее всего, не пройдет. То есть придется через поселок прорываться. Поэтому немцев оттуда пугнуть придется в любом случае, танк мы бросать не хотим. Давайте поближе подъедем, рекогносцировочку проведем. Эх, жаль, даже бинокля нет. Что ты говоришь, лейтенант?
— Есть бинокль, у бойца в рюкзаке.
— Есть и даже штатный для финансиста? Шучу, понятно. Молодец, что сохранил.
— Что же, считаю предложение Сер… военинженера Иванова правильным и предлагаю приступить к его выполнению, — сказал в этот момент Андрей.
Так, правильно, пусть Андрей на себя власть берет. Ему привычнее, да и мне с машиной возни много. А за языком надо следить и Андрея с Семеном предупредить. На Андрея вон злился, а сам-то, считай, чуть не испортил все насовсем. Вот ляпнул бы сейчас «господа», по обретенной в последние годы привычке… и все, сливай воду. Никак бы потом не доказал, что не верблюд. Евгений с Юрой вон искоса поглядывают, да и остальные, хотя и помалкивают, все на ус мотают.
Ох, побриться бы. Щетина эта лезущая уже замучила. Жаль, что воды рядом нет, а то бы я всех с одноразовой бритвой познакомил… Хорошо, что интендант запасливый. Смотри, у бойцов и продукты, и бинокль, видишь, прихватил, и щетку с ваксой. Хм, и бритвы у них точно есть, но вот наверняка опасные, можно бы свою одноразовую не светить, но такими без привычки бриться — проще сразу зарезаться… ладно, обойдемся пока. А там придумаем чего-нибудь.
Пора машину к бою и походу готовить. Смотри-ка, а бойцы-то ничего, за «светками» ухаживают, опытные, видать. Нормально. Надеюсь, немцев немного будет, вдесятером роту гонять у нас точно не получится. Только бросать танк жалко, я с ним свыкся уже, прямо как те поляки со своим «рыжим». Странно, чего-то вдруг фильм, в детстве не раз просмотренный, вспомнился? Помню, в то время было заведено, как школьные каникулы, так сразу два фильма и идут по телевизору — «Четыре танкиста…» и этот, венгерский, как его… вспомнил — «Капитан Тенкеш». Утром одного фильма серия, вечером — второго. И так каждый год. Хе, а наверняка не зря припомнилось. Не назвать ли нам и наш танк «Рыжим»? А что, три танкиста, если меня, Сему и Андрея считать, у нас точно есть, не зря ж мы всякую броне- и автотехнику для перепродажи богатеям новоявленным переделывали. Аборигены все же не танкисты, они артиллеристы и финансисты, ну, а мы — три танкиста и собака, ха…
— Чего улыбаюсь? Да так, шутку одну вспомнил. Потом расскажу, сейчас некогда. А товарищу милиционеру вон карабин дайте, уж из винтовки он наверняка стрелять сумеет. Точно?
— Срочную пулеметчиком служил.
— Ну вот… еще и пулеметчик. Так пусть Сема его обращению с немецким пулеметом подучит. Сему нам в десант нельзя пускать, мало ли что, а он у нас единственный радист…
Кстати, ведь и танку без пулемета туговато будет. Жаль, для дэтэшки патронов нет.
— Разрешите доложить? У нас по сто восемьдесят патронов есть, — отозвался красноармеец Казаков.
— Что, и подсумки полные, и в пачках есть? Ну, вы молодцы! Тогда ДТ снаряжаем и в танк ставим. Лучше «ворошиловским» поставим, сзади. Он, конечно, больше пугать, чем попадать, но при бое в селе может пригодиться.
— Отлично, Сергей, иди готовь танк, — тоном приказа сказал Андрей.
— Есть, товарищ капитан, беру Кузьму и пошел готовиться.
Так, а воздуха в баллонах и не осталось. Придется аккумуляторы гонять. Нет, надо что-то думать, иначе танк действительно бросать придется. К тому же мне он все больше по душе, наш «Рыжий».
Осторожно подогнав танк поближе к поселку и выставив охрану, Андрей, Евгений, Алексей и Сергей, прихватив бинокль финансиста, осторожно пробрались на высотку, расположенную в паре километров от поселка.
— Нет, похоже, точно тыловики или уж слишком уверены в своей безопасности. Такую точку без охраны оставили, — заметил Евгений.
— Точно. И я даже думаю, что какие-нибудь ремонтники. Видишь, на эмтээсовском дворе трейлер с танком стоит? Это такой прицеп. Пожалуй, нам везет, если удастся немцев разогнать, можно будет много полезного набрать. Главное, чтобы они машины все не угнали, — продолжил Сергей, передавая бинокль Евгению.
— Вы меньше болтайте. Засекайте лучше охрану и пулеметы, — скомандовал Андрей. — Но ты, Сергей, не отвлекайся, дорогу как следует осмотри и прикинь лучший путь для танка.
— Так. Кое-что я засек. Три пулеметные точки на окраине. Вон там, там и там. Еще два парных пеших дозора. Но все точки и посты в пределах поселка, за пределами никого нет. Думаю, мы сможем спокойно подобраться на танке до холма, отсюда обстрелять пулеметы и потом атаковать танком. Танковый десант не нужен. Смотрите, вон там лес довольно близко к поселку подходит. Если мы атакуем и огнем немцев придавим, наши вполне смогут оттуда до огородов добежать. Как, лейтенант, поддерживаешь? — сказал, внимательно изучив в бинокль местность, Евгений.
— Я тактику как вспомогательный предмет изучал, поэтому пусть товарищ капитан решает, — ответил Алексей.
— А я вообще из запаса, поэтому давайте вместе думать, — заметил Андрей.
Пока Сергей, смотря в бинокль, пытался спланировать несколько путей движения танка, остальные командиры, перебравшись на противоположный склон высотки, спорили по плану атаки.
— Я вообще считаю, что немцев надо пугнуть и уходить. Многовато их там. Минимум рота, а нас всего десять человек. Соотношение явно не в нашу пользу, а если танк подобьют, то нам совсем плохо будет, — сказал Алексей.
— И как ты себе это представляешь? Огнем и железом вечером нагло проскочить по центральной улице и быстро убежать в лес? — сказал Андрей и, дождавшись утвердительного кивка Алексея, продолжил:
— Во-первых, они передадут наш маршрут командованию и нас просто загоняют самолетами и подвижными отрядами. Во-вторых, ничего не мешает немцам попробовать подбить танк и в этом случае. В-третьих, нам нужно топливо, масло и прочий ЗИП к танку. Найти его можно в МТС. И мы его постараемся найти. К тому же если еще и пару машин захватим, то вообще все на колесах будем. Лучше плохо ехать, чем хорошо идти. Я так думаю.
Алексей задумчиво молчал, а Евгений полностью поддержал план Андрея, добавив, что за подавление пулеметов ручается.
— Если пехота не оплошает и прикроет танк огнем от немцев с гранатами, то им останется только отступать, сколько бы их ни было, — закончил он.
В этот момент появился Сергей, и Андрей еще раз повторил свой план. Сергей, немного подумав, предложил еще раз вдвоем осмотреть местность. Перебравшись на другой склон, он с ходу сказал:
— Шеф, извини, но ты служил поменьше, чем я. Да и опыта боевого у тебя нет. Поэтому прошу, прежде чем озвучивать планы, сначала постарайся со мной посоветоваться. Договорились?
— Понимаю и согласен. Давай конкретику, что тебя не устраивает? — ответил Андрей. Чем-чем, а уж излишним гонором он не отличался никогда и всегда готов был принять любое дельное предложение подчиненного.
— Понимаешь, план неплох, но, по-моему, неверен. Вот смотри, на машинном дворе стоит автомобиль с кунгом, видишь? — подав бинокль и указав, куда смотреть, продолжил Сергей. — Радийная машина, присмотрись, видишь — антенна растянута. Поэтому пока вы будете пулеметы подавлять да за пехотой охотиться, кто-нибудь точно доложит обо всем.
— Так. И что ты предлагаешь?
— Считаю, надо обстрелять из пулемета дальний пост. Когда немцы отвлекутся, выдвигаемся на танке вот на тот перекресток. Оттуда мы сможем обстрелять и въезд на машинный двор, и все дороги. А вот когда мы откроем огонь и подавим пулеметные точки, которые по нам могут стрелять, то и пехота атакует с той же стороны. Тогда у немцев один выход остается — по дальней дороге на север драпать, причем пешком, — изложил свой план Сергей.
— Согласен. Замотивируем изменение обнаруженной тобой радиостанцией, о'кей? — согласился Андрей.
— Замотивируем изменение обнаруженной тобой радиостанцией, о'кей? — согласился Андрей.
— Это да. Но… послушай, шеф. Нам за словами следить надо, а то за вот такое о'кей можно оказаться далеко и глубоко, куда Макар телят не гонял. Я тоже недавно чуть не ляпнул «господа офицеры». Представляешь, что было бы?.. И еще. Что-то никак не могу припомнить, но кажется мне, что обстановка не совсем соответствует той, которая на эти дни должна быть. Не помнишь?
— Ты же знаешь, я стратегической стороной войны не увлекался. Так, немного помню. Вообще-то в этот район должна была как раз в эти дни 14-я панцердивизия выйти. Помнится, наши оборонялись севернее и южнее, так что похоже. Точные даты не припомню, но вполне, по-моему, соответствуют. Или ты думаешь, что это параллельный мир?
— Не знаю. Может, и наш, тогда точно временная петля. Знамя-то именно это, как мне кажется, в нашей истории спасли. Ну, ладно, наш ли, параллельный ли мир, неважно. Главное сейчас, ты правильно сказал, выжить. Потом уже разбираться будем. Пошли, что ли?
Вернулись мы к товарищам командирам, Андрей план измененный довел, обязанности распределил. Смотрю, командиры-то как в том анекдоте про Ильича, который «не улыбается, а глаза добрые-добрые». Только глаза у них не добрые, а хитрые. Соображают, черти, но виду никто не показывает, дисциплинку блюдуть, значить… Ну и ладно. Правильно в «Швейке» написано: «Армия без дисциплины — трость, ветром колеблемая».
Не понял? Что такое? Подходим к танку, а там черте-те что. Похоже, Сема чего-то натворил.
— Так, что за праздник? Или война кончилась, что вы, про все забыв, тут собрались?
— Семен рацию наладил! И даже какую-то нашу передачу поймал!
Так, это Кузьма обрадованно вопит. Ну передача, ну наша… Стоп, наша? Это да, это радует. Глядишь, и передатчик отремонтирует позднее. Но все равно, непорядок. Никакой дисциплины. А если бы немцы подобрались?
— Отставить праздник! Немцы рядом, а вы, как на базаре, орете. Еще бы в воздух на радостях постреляли.
— Вообще не понял, товарищи со… красноармейцы! Что за… Почему посты бросили? Музыка, вы, как командир, куда глядели? Так, Змиев и Сокуров, бегом на пост! Одна нога здесь, другой не вижу. Остальным продолжать работы… Бридман, докладывайте… тьфу, ладно, Семен, рассказывай, чего учудил.
Молодец Андрей, правильно. Показал, кто главный. Не, дисциплинка-то, оказывается, не так уж и хороша, как я думал… Так, не о том я задумался, что там Семен рассказывает.
— … приемник наладил. Поймал обрывок радиопередачи на русском. Ну, погромче включил, народ и сбежался. А так ничего поймать не удается, одна морзянка сплошная. А я в ней не разбираюсь, увы.
Очередной, блин, прокол. Связист, тоже мне. Лишь бы остальные не зациклились на этом. Не мог промолчать, что ли.
Ладно, зато ТПУ заработало, уже плюс. Теперь хотя бы с командирского места будут мне подсказывать, куда ехать, а то в этот триплекс довоенный только секс-фильмы пуританам смотреть — все равно ни хрена деталей не различить, один общий фон. Шлемаков у нас три, как раз мне, лейтенанту и шефу будет связь. Черт, а как же Сема? Впрочем, ему шлемофон в бою не нужен, а на ходу можно будет лейтенанта грабить… Хорошо бы у немцев наушники раздобыть, шлемофонов-то у них не было…
Вот время летит — не успели рекогносцировочку провести, а уже к обеду подходит. Ну что, будем заводиться, пехота наверняка позиции заняла.
— Заводи!
Ну, давай, «Рыжий», покажем фрицам кузькину мать!
Внезапный пулеметный огонь немцы восприняли довольно спокойно, к обстреливаемому посту устремились всего с десяток человек — видимо, дежурное отделение. Но Семен, сумевший доказать, что без него некому будет вести огонь из второго пулемета, успешно решил главную задачу. Немцы, отвлекшись на внезапный и непонятный пулеметный обстрел, не успели отреагировать на неожиданно возникшую с другого направления более серьезную опасность. Огромная рычащая глыба танка, возникшая из-за холма и устремившаяся вниз, не сразу привлекла их внимание, кроме, конечно, пулеметчиков, прикрывавших этот участок… В общем, танк уже занял позицию, когда бросившие начатый обед немцы попытались что-то предпринять.
Колодяжный показал себя настоящим снайпером артиллерийского огня. Вторым и третьим снарядами он попал прямо в бежавшую к машинному двору группку немцев, разметав тех, кому не повезло оказаться рядом со взрывами, как кегли. Еще несколько раз выстрелив, частью по пулеметам, частью по перебегавшим по улицам немцам, танк, ревя мотором, устремился вперед в сопровождении изредка мелькавших пехотинцев, ведущих интенсивный огонь. Окончательно отбила у немцев всякое стремление к героизму пара выстрелов картечью, обрушившаяся на самые сильные участки обороны. Отнюдь не собираясь противопоставить русским тяжелым снарядам и броне карабины и ручные гранаты, немцы рассыпались и, прикрываясь плетнями, кустами и деревьями, огородами рванули к северной дороге.
— Смотри-ка, как рванули. Прямо… огородами и к Котовскому, — пошутил Андрей. — Ха, точно… свадьба в Малиновке… как там про пулеметы… — один не стреляет, другой стреляет только в своих? — добавил он, заметив, как меткая очередь Музыки бросила наземь двоих немцев.
— Отлично… получилось. Я… ё… чуть язык не прикусил. Сергей, нельзя ли поосторожнее, ха… Я за шрапнель переживал. Все-таки шестнадцатого года выпуска. Смотри-ка, ничего еще сохранилась. Вон как немцев накрыло, — добавил Евгений.
— Эй, не отвлекайтесь… лучше дорогу корректируйте. Бл… с этими триплексами надо что-то придумывать! — зло прикрикнул на них Сергей.
— Так. Тормозни! Женя, видишь — герои пытаются наших обстрелять. Ориентир — двор с синими воротами, левее два, у плетня. Заметил? — скомандовал Андрей.
— Не вижу, но по направлению понял. Счас мы их угостим. Стой! — ответил Евгений.
Танк встал и содрогнулся от очередного выстрела. Пронзительно, слышно даже на фоне работы дизеля, загудел электромотор, разворачивая башню. Медленный разворот башни сопровождался громкой руганью Евгения, затем несколькими короткими очередями дэтэшки. Башня наконец-то развернулась полностью, и Антон, стоявший у пулемета, парой очередей прошелся вслед убегавшим немцам, придав им дополнительное ускорение.
Снова загудел мотор. Башня медленно встала в нормальное положение, Сергей, не дожидаясь команды, двинул танк вперед. Корректируемый Андреем, он вырулил мимо деревенских хат к МТС и, снеся ворота, въехал прямо на машинный двор, на котором валялось несколько трупов и понемногу разгоралась та самая радийная машина с будкой.
— Слишком ты хорошо стреляешь, Евгений! Такую машину спалил, — заметил Андрей.
— Странно. От осколков не должна была загореться. Может, открытый огонь где-то рядом был? — удивился Колодяжный.
Все вылезли из танка и стояли, осматриваясь и жадно глотая воздух, после насыщенной парами топлива, масла и пороховым дымом атмосферы в танке казавшийся первозданно свежим. Перестрелка затихала, несколько раз звонко хлопнула винтовка, коротко протрещал пулемет, и установилась оглушительная после всего происшедшего тишина. Внезапно раздалась громкая ругань, на которую все невольно обернулись.
К снесенным воротам приближался, толкая впереди себя пошатывающегося, измазанного в земле и крови немца, Семен с пулеметом наперевес. Воинственный вид Семы так контрастировал с его обычным сугубо гражданским обликом, что первым не выдержал и расхохотался Мельниченко. Через пару мгновений смеялись все, сбрасывая накопившееся во время боя напряжение.
— Ну, Семен, молодец. Прямо спец… осназовец! Уже и языка прихватил, да и сам целехонек, — отсмеявшись, заметил Андрей. — Посмеялись, и хватит. Машину тушим, пока серьезный пожар не разгорелся, пленного привести в порядок и… ё… а кто у нас немецкий знает? Как-то мы про это забыли совсем. Да, а где остальные?
— Вон Скобелев ведет. Еще пару пленных прихватили, черти. И что мы с ними делать будем? — ответил Сергей, оставшийся рядом и приглядывавший за пленным, пока остальные начали выполнять приказ Андрея.
К машинному двору шли Музыка, Скобелев и Казаков, конвоирующие двух пленных. Подойдя к Андрею, они посадили немцев на землю рядом с ранее приведенным, и Музыка доложил: «Бой завершен благополучно, потерь нет. Красноармеец Сокуров оставлен для охраны. Захвачены двое пленных, судя по нашивкам и погонам важные».
— Отлично. Молодцы. Это, конечно, хорошо, что захвачены. Вот только кто их допрашивать будет. Немецкий кто-нибудь знает? — сказал Андрей.
— Я знаю. В детстве рядом с немецкими колонистами жил, а после, конечно, как все, и в школе, и в училище учил, — ответил Скобелев, смущаясь.
— Ну, тогда тебе и карты в руки. Красноармеец Змиев! Ко мне! — продолжил Андрей.
Из-за машины подбежал улыбающийся Антон.
— Что смешного увидел, Антон? — спросил Сергей.
— Да вот, товарищ военинженер, нашли причину пожара. Немец за машиной прятался, курил. Его осколком срезало, а от окурка понемногу трава и бензин загорелись. Тут ведь трава вся то маслом, то бензином пропитана. Непонятно, как и растет, — ответил Антон.
— Ну что, убедились теперь, чем заканчивается курение на посту? Вот то-то, — наставительно заметил Андрей. — Сделаем так. Ты от своего ранения еще не оправился, смотрю, тяжести тебе еще таскать трудно, видел, как снаряды с трудом тягал. Поэтому поступаешь в распоряжение товарища Скобелева. Пленных связать, разместить в отдельных помещениях и допросить. Помогаешь во всем, понял? А Казаков, после того как пленных разместите, пойдет на западную окраину, охранять. Можешь занять пост на холме, откуда неплохо все подходы видны. Да, здесь у немцев в машинах наверняка должны быть сигнальные пистолеты. Неплохо бы такой Казакову, а получится, то и Сокурову дать. Сергей, займись! А Юрию, я думаю, надо будет поселок обойти, собрать всех работников МТС, кто остался. Будем агитировать добровольцев. Иначе нам отсюда все не увезти, да и с танком один Сергей не управится.
Пока Музыка обходил поселок, а Скобелев с Антоном возились с пленными, Андрей, Евгений, Кузьма, Сергей и Семен попытались разобраться в трофеях.
Нет, нам определенно везет. Дуракам и пьяным счастье… вон сколько всего полезного нашли. Черт, как же все это увезти-то. Интересно, немцы далеко ушли? Я б на их месте в лесу перекантовался, выходящая из окружения часть долго в поселке задерживаться не будет, дураку ясно. Ага, вот и ракетница. Так, к ней пять ракет черного дыма и три красного… неплохо. Жаль, вроде больше нет. Ладно, отдам Казакову…