Первый слишком хорошо помнил прошлое появление ватари и боялся повторения тех событий. Не хотел, чтобы эльфы вновь выступили в роли дичи. Он чувствовал, что если они не смогут дать достойный отпор и теперь, то страх перед ватари навсегда укоренится в их естестве.

В который раз Первый задавался вопросом, как же они смогут победить? И снова мысли его возвращались к этому странному чужаку. У него не было сомнений, что загадочный странник — Одаренный. Сами люди именуют таких магами. У Отаро, как и у любого другого эльфа, было хорошо развито чутье на магию. Причем раньше он не встречал никого с таким ярко выраженным Даром.

Наутро Отаро отправился к целительнице. В отличие от остальных жилищ, выстроенных на раскидистых ветвях деревьев воку, ее домик был вырезан прямо в стволе самого старого и большого дерева, половина ветвей которого уже засохла. Отаро постучал в овальную дверцу, приютившуюся промеж гигантских корней.

— Кто? — донесся звонкий голос матушки.

— Первый.

Дверь приоткрылась, и в щели показалось матушкино лицо.

— С добрым утром, Отаро, — поздоровалась она.

— С добрым утром. Ну, как там они?

— С девочкой все в порядке. Раны почти затянулись, только что проверяла. А человек…

— Что человек? — насторожился Отаро. — Неужели изменился?!

— Да нет же, какой там! — отмахнулась матушка. — Дрыхнет твой человек! Думаю, до вечера спать будет.

— Хорошо, — кивнул Первый. — Я еще вот зачем пришел: сегодня Совет Старейшин собирается, подходите к полудню.

— Ох, милый, — вздохнула матушка, — ну какой от меня прок на этом Совете?! Я же в ваших делах совсем не разбираюсь!

Мриам была жуткой домоседкой и не любила покидать свое жилище даже ради такого важного и редкого события, как заседание Совета, поэтому Отаро приходилось звать ее лично, ведь отогнать Первого метлой и проигнорировать его приглашение целительница не смела.

— Сами знаете, правила есть правила, — скорбно сказал Отаро, виновато опустив голову. Этот способ убеждения эффективнее других действовал на матушку. Видя глубокое раскаяние самого Первого, она моментально теряла желание спорить.

— Ладно уж, — неохотно согласилась Мриам, — подойду… когда там, ты сказал? К полудню, да?

Отаро кивнул. Матушка еще пару раз грустно вздохнула и со словами «только от работы отвлекаете» захлопнула дверь.

Первый отправился к себе. По пути он отметил, что в селении особенно многолюдно. Прослышав о возвращении ватари, никто не решился выйти в лес. Эльфы ждали решений Совета, которые в связи с новой угрозой должны определить их дальнейшую жизнь.

ГЛАВА 3

Очнулся я оттого, что кто-то назойливо теребил меня за плечо. С трудом раскрыв слипшиеся глаза, я попытался сфокусировать взгляд на ярко-рыжем пятне, маячившем перед глазами. Когда мне это удалось, я увидел сидящую передо мной рыжеволосую эльфийку с недовольной рожицей.

— Ну вот, проснулся наконец! — проворчала она. — Мало того, что утром все селение мне пришлось обежать, чтобы созвать старейшин, теперь еще и с тобой нянчиться!

— Ты кто? — сбитый с толку напором эльфийки, спросил я.

— Я — Кайрил, между прочим, главная помощница Первого! Ты хоть можешь себе представить, какую честь он тебе оказал, приставив именно меня!

— Да уж, — хмыкнул я.

— И вообще, как долго ты еще собираешься разлеживаться?! Одевайся и пойдем, а то на ужин опоздаем!

Ужин? Наверное, я провалялся тут целые сутки. Однако эта новость меня все равно обрадовала, и я уже собирался вскочить с кровати, но тут заметил, что лежу полностью голый.

— А где моя одежда? — спросил я, потянув одеяло на себя.

— В стирке, где же еще! Как ты только умудрился ее так загадить? Даже рейнджеры обычно чище тебя выглядят!

Действительно, я успел порядочно извозиться во время вчерашней прогулки по лесу. Да какой там «по лесу»! Это были настоящие джунгли! Повсюду паутина, свисающие лианы и капающая непонятно откуда слизь. А эти насекомые?! Мне пришлось в срочном порядке придумывать заклинание для их отпугивания. В общем, нет ничего удивительного, что я так вымазался, все-таки не каждый день гуляю по джунглям.

— Надень пока это. — Кайрил положила на край кровати сложенные кожаные бриджи.

— А они мне подойдут? — спросил я, с сомнением осматривая обновку.

— Сшиты по твоим меркам, — пожала плечами эльфийка.

Чудесно, просто замечательно! Пока я тут спал, оправляясь от тяжелой психологической травмы, нанесенной отвратительным вкусом той лекарственной пакости, меня успели не просто раздеть, но еще и измерить!

Тем не менее я под одеялом натянул бриджи и наконец встал с кровати. Облегало, но не туго. Штанины опускались чуть ниже колен. Я поднял одну ногу, затем другую — нигде не тянуло. Я невольно поразился мастерству эльфийских портных — бриджи сидели, как вторая кожа.

— А куртка не предусмотрена? — поинтересовался я. Не пристало королю, хоть и бывшему, ходить с голым торсом.

— Нет, — отрезала Кайрил. — Ну что, пошли наконец?

Я огляделся в поисках обуви.

— Что ты там ищешь? — раздраженно спросила эльфийка.

— Да сапоги мои, — сказал я, заглядывая под кровать.

— Сапоги тоже в чистке. Вы люди такие неженки!

— Ну не все же с рождения босиком по лесам бегают!

— Тебя никто в лес не выгоняет, во всяком случае, пока. А у нас тут утоптано.

— Ладно, пошли, — недовольно буркнул я.

Только сейчас я смог как следует осмотреться — вчера было как-то не до того. Мы шли по тропинкам между гигантскими деревьями с раскидистыми ветвями, на которых были установлены сбитые из досок платформы. На каждой размешалось по одной или двум уютным деревянным хижинам округлой формы, с крышами, покрытыми огромными листьями темно-синего цвета. Сами платформы были соединены подвесными мостиками и возвышались на несколько ярусов. Мостики между различными по высоте платформами скорее походили на подвесные лесенки. Вся древесина, используемая эльфами для строительства, была покрыта каким-то лаком и блестела на солнце. При этом сразу бросалось в глаза отсутствие у построек острых углов.

Естественно, повсюду бродили эльфы и с нескрываемым интересом пялились на меня. Один раз к нам подбежала стайка эльфийских детишек. Они столпились вокруг и наперебой просили поведать, как я разделался с ватари. Видимо, рассказ Айвел уже успел облететь все селение, что и вызвано повышенный интерес к моей скромной персоне. Кайрил быстро разогнала детвору своей бранью, ухватила меня за запястье и потащила дальше.

Мы остановились в тени самой большой платформы — ее установили сразу на трех ветвях. Наверное, было непросто найти три достаточно массивные ветви, расположенные на одном уровне.

— Залезай! — Кайрил кивнула на спускающуюся веревочную лестницу.

Я поднялся метров на двадцать до платформы, подтянулся и поставил ноги на теплую и гладкую древесину. Дом Первого был трехэтажным и напоминал уполовиненный бочонок. У него имелось крыльцо с двустворчатой дверью, все окна были круглыми, а лак, покрывавший стены, имел красноватый оттенок.

Несмотря на всю внешнюю простоту, это было гармоничное и приятное на вид строение. От созерцания меня отвлек тычок в плечо — Кайрил поднялась вслед за мной.

— Где только твои манеры, человек?! — недовольно бросила она.

Сначала я посчитал этот вопрос риторическим, но впоследствии узнал, что у эльфов принято подавать даме руку, помогая взобраться на платформу. Я, конечно, мог бы и сразу это сообразить, но даже будучи королем, не уделял своим манерам достаточного внимания. И все это принимали как должное — я же, в конце концов, черный маг!

Мы молча прошли в здание, миновали короткий коридор и остановились перед единственной дверью в его конце. Кай-рил сделала приглашающий жест. Я медленно вошел в небольшую гостиную, посреди которой разместился стол, заваленный разнообразными вкусностями. От запаха блюд мой желудок заурчал. Стоило мне появиться, как все присутствующие дружно уставились на меня. Я лишь натянуто улыбнулся, с любопытством оглядывая собравшихся эльфов.

Сначала ко мне подскочил дружок Айвел, кажется, его звали Вентис. Он пожал мне руку, затем крепко обнял и обрушил на меня поток бессмысленных благодарственных фраз. Я уже начал было опасаться, что он собирается меня расцеловать, но его вовремя оттеснил другой эльф. Это был самый старый эльф, которого мне довелось увидеть в селении (не считая целительницы). От остальных он отличался лишь менее гладкой кожей, огрубевшими чертами лица, остренькой бородкой и кисточками на кончиках ушей.

— Я — Фриоль, отец Айвел. — Эльф ограничился простым рукопожатием. — Благодарю тебя, странник Эзи, за спасение моей младшей дочери!

Фриоль отвесил небольшой поклон и отступил. Настал черед самой Айвел.

— Я в неоплатном долгу перед тобой, ты даже не представляешь, от какой участи меня спас!

— О каком долге ты говоришь? — пожал плечами я. — Ты ведь тоже спасла меня от этой вашей барсучьей болезни.

— Во-первых, фактически тебя спасла матушка Мриам. — При упоминании имени этой ведьмы чувство голода слегка притупилось. — А во-вторых, это слишком разные вещи!